ФАНТАСТИКА

ДЕТЕКТИВЫ И БОЕВИКИ

ПРОЗА

ЛЮБОВНЫЕ РОМАНЫ

ПРИКЛЮЧЕНИЯ

ДЕТСКИЕ КНИГИ

ПОЭЗИЯ, ДРАМАТУРГИЯ

НАУКА, ОБРАЗОВАНИЕ

ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ

СПРАВОЧНИКИ

ЮМОР

ДОМ, СЕМЬЯ

РЕЛИГИЯ

ДЕЛОВАЯ ЛИТЕРАТУРА

Последние отзывы

Замки

Капец"Обожаю" авториц со склерозом, которые вообще не следят за тем, что они пишут: буквально... >>>>>

Дар

Это какой-то ужас!Не понимаю юмора в том, что ггерои оба- просто невменяемые, она- тупая, как пробка, но... >>>>>

В двух шагах от рая

Книга понравилась,но наверное будет продолжение? >>>>>

Первый и единственный

Слишком нереальный роман, концовка вообще Санта-Барбара! До половины было ещё читаемо, потом пошло-поехало, напридумывал... >>>>>

Львица

Пока единственный роман этой авторки из нескольких мною прочитанных, который, реально, можно читать... >>>>>




  83  

— Сердце у него достаточно сильное. Меня тревожит его голова. Надо бы проверить на рентгене, нет ли у него трещины в черепе, но я боюсь везти его по разбитой дороге, — сказал врач. — Доверимся Всевышнему и силам самого организма.

Как бы желая продемонстрировать эти силы, старый Флоуз открыл налитые злобой глаза, обозвал доктора Мэгрю негодяем и конокрадом, после чего глаза его снова закрылись, и он опять погрузился в состояние комы. Локхарт, Мэгрю и Додд спустились вниз.

— Он может умереть в любой момент, — сказал доктор, — но может и оставаться в таком состоянии еще долгие месяцы.

— Хотелось бы надеяться именно на последнее, — проговорил Додд, многозначительно посмотрев на Локхарта, — он не может умереть, пока не найден отец.

Локхарт согласно кивнул. У него в мозгу сидела та же самая мысль. В тот же вечер, после того как уехал доктор Мэгрю, пообещав вернуться утром, Локхарт и Додд вдвоем, без миссис Флоуз, совещались на кухне.

— Прежде всего надо сделать так, чтобы эта женщина и близко к нему не подходила, — сказал Додд. — Она придушит его подушкой при первой же возможности.

— Запрем ее в комнате и будем открывать, только чтобы покормить, — ответил Локхарт.

Додд исчез и вернулся через несколько минут со словами, что ведьма закрыта в ее конуре.

— Он не должен умереть, — встретил его Локхарт.

— Это уже от Бога зависит, — ответил Додд, — ты же слышал, что сказал врач.

— Слышал. Но все равно повторяю: он не должен умереть.

Взрыв раздавшихся сверху громких проклятий показал, что пока еще старый Флоуз оправдывает их надежды.

— Время от времени он так кричит. И проклинает всех на свете.

— Вот как? — ответил Локхарт. — Ты дал мне хорошую идею.

На следующее утро, еще до того, как приехал доктор Мэгрю, Локхарт поднялся и укатил по разбитой дороге в Гексам, а оттуда в Ньюкастл. Он провел там весь день, заходя в магазины, торгующие радиоаппаратурой и деталями, и вернулся, доверху нагруженный покупками.

— Как он? — спросил Локхарт, когда вместе с Доддом они заносили коробки в дом.

— Так же. То спит, то орет. Но доктор говорит, что надежды мало. И старая сука тоже стала подавать голос. Я сказал ей, чтобы она заткнулась, а то останется без еды.

Локхарт распаковал магнитофон и вскоре уже сидел у кровати старика, а дед орал в микрофон свои проклятия.

— Гнусные свиньи, затаившиеся негодяи, шотландские выродки! — выкрикивал он. Локхарт получше закрепил микрофон у него на шее. — Я больше не потерплю ваших приставаний и подглядываний! И уберите этот чертов стетоскоп с моей груди. Присосались как пиявки, сволочи! У меня не сердце болит, а голова.

Всю ночь напролет старик поливал этот продавшийся дьяволу мир и его несправедливости, а Локхарт и Додд по очереди включали и выключали магнитофон и меняли пленку.

В эту ночь выпал снег, и дорога, ведущая через Флоузовское болото, стала непроходимой. Додд подбрасывал уголь в горевший в спальне камин, и его огонь старый Флоуз принял за пламя ада. Соответственно изменился и его язык, ставший еще более грубым. Что бы там ни происходило, он не собирался мирно спускаться в мрачное подземное царство, относительно которого столько раз высказывал неверие в его существование.

— Я вижу тебя, черт! — кричал старик. — Клянусь Люцифером, я тебя за хвост-то поймаю. Проваливай отсюда!

Но время от времени он вдруг внезапно перескакивал на что-то другое.

— Добрый день, мадам! — заявлял он бодро. — Сегодня прекрасная погода для охоты. Не сомневаюсь, что гончие легко возьмут след. Эх, быть бы мне снова молодым, как бы я промчался верхом за своей стаей!

С каждым днем старик все больше слабел и мысли его все чаще обращались к религии.

— Не верю я в Бога, — бормотал он, — но если Бог все же есть, то, сотворяя мир, этот старый дурак натворил черт-те что. Старый Добсон, каменщик из Бэлси, и тот бы сделал лучше, хотя он был не ахти какой мастер, несмотря на то, что греки учили его, как надо строить Флоуз-Холл.

Сидевший около магнитофона Локхарт выключил его и спросил, кто такой был Добсон, но мистер Флоуз вновь переключился на сотворение мира. Локхарт снова включил магнитофон.

— Боже, Боже, Боже, — бормотал старик, — если эта свинья не существует, Богу должно быть стыдно за это, и это единственное кредо, которого должен придерживаться человек. Действовать таким образом, чтобы Богу было стыдно за то, что он не существует. Между ворами больше чести и честности, чем среди молящихся Богу лицемеров, у которых в руках Библия, а в сердце — только жажда выгоды. Я не ходил в церковь пятьдесят лет. Ну, может быть, только разок-другой на похороны. Я и сейчас не пойду. Пусть уж лучше меня заколотят в бочку, как этого еретика-утилитариста Бентама, чем похоронят с моими проклятыми предками.

  83